Здравствуйте, леди! И вы, мой добрый господин, вы тоже здравствуйте.
Как это все-таки удачно, что вы зашли в Имбирвилль. У нас как раз по случаю именно сегодня завезли два пуда Несказанного Счастья, и именно сегодня летает особенно приставучая стайка Рыжих Бабочек Счастья. Что? Ах, да! Забыла вас предупредить. Это в иных местах – Синие Птички, а у нас, в Имбирвилле – Бабочки. В конце-то концов, нам с вами какая разница – в каком обличье и какого колеру прилетит к нам счастье, а? Да-да. Прилетит. Или придет. Хотите вы того или нет. Вы разве не заметили? На вас уже во-о-он сколько пыльцы с крылышек попало, так что придется, придется вам теперь жить счастливыми. А-а-а! Вы улыбнулись? Господи-боже мой, вы даже не представляете, как вам это к лицу. Носите эту улыбку почаще, договорились?
Что-то я вам хотела еще сказать здесь, на пороге – и забыла… Неважно. Я скажу попозже. Проходите же. Я вас очень ждала.
Да-да. Именно вас, моя прекрасная леди. И именно тебя, милорд. Именно тебя.

среда, 21 мая 2014 г.

Про вишневое варенье, про счастье, про одного человека и про таксочку Стельку



Заметили? Вот хочешь хоть два слова сказать про собачку – сначала приходится говорить про собачкиного человека, да не два слова, а все двадцать. Ну – считайте, сколько их понадобится нам...
Есть у нас в Имбирвилле одна газета, а в ней работает такой г-н Пронюхинс – корреспондентом по происшествиям. Чрезвычайным происшествиям, хотелось бы особо отметить. Было время – весь город по нескольку дней ломал себе светлые и рыжие головки: как? ну вот вы скажите – как?! Как этот господин умудрялся пронюхать про такие вещи, про которые даже сами вещи ничего не знали! И вот однажды на балу в городской ратуше к чаю подали вишневое варенье и... и из пронюхинского саквояжа вынырнула мордочка маленькой длинненькой собачки. «Д-д-дайте!» - простонала она и ткнула лапкой в ближайшую банку с вишнями. Вот тут-то и выяснилось, кто был источником необыкновенной пронюхливости Пронюхинса. Да-да. Она. Маленькая таксочка по имени Стелька. Больше всего на свете таксочка любила своего человека Пронюхинса, вишневое варенье и свое имя. Вокруг имени, разумеется, сразу же насочиняли массу всякой ерунды – говаривали, к примеру, что это в честь манеры бегать, стелясь к земле*. «Ха-ха!» - говорила на это таксочка, а больше ничего не говорила. Только гладила лапкой припрятанную в потайном кармашке давным-давно украденную стельку Пронюхинса.
И если вы уже сосчитали количество слов, которое мы потратили на собачкиного человека, то разрешите напомнить вам про Один День Из Жизни Стельки.

***
«Нет, это что же такое получается? Как новости какие пронюхать – так Стелька, а как праздник стелькин, так ни пол-словечка про него?! Вот она, наша жизнь собачья!» - разобиделась таксочка Стелька на то, что в этот Один День никто, ну совсем-совсем никто не сказал, что он праздничный - День Собачьего Счастья.
«С другой стороны... Какой-то это неправильный праздник. Что значит – день собачьего счастья? Всего один? Да я счастлива 365 дней в году! И то, что раз в четыре года я счастлива на день больше, ничего, ни-че-го не меняет!» - размышляла таксочка Стелька, кушая с розеточки вишневое вареньице, которое принесла ей Капа Провансаль, услышав про ее обиды.  
«Много ли каждому нужно для счастья? Знать, что ты нужен. По-настоящему. У нас, у собак, особенное чутье на это. На настоящее. Наверное, это потому, что мы не умеем лгать,» - подумала таксочка Стелька и положила голову на пронюхинскую ногу в тапочке с помпоном. Ей очень хотелось бы положить голову на его коленки, но... «Родословная-то у меня длинная, а вот лапки короткие,» - вздохнула таксочка и втянула трепетными ноздрями родной запах.
«Что-то я еще хотела подумать про счастье... Ах да! Быть рядом. Ой... Я уже про это думала, когда в прошлый раз размышляла о любви. Значит, любовь – это быть рядом, и счастье – это быть рядом? Любовь равна счастью? Вот это да...» - удивилась таксочка Стелька и все-таки запрыгнула на колени к Пронюхинсу: может быть, это и несолидно для собак, особенно редакционных, но кто думает про имидж, когда он счастлив? И когда он любит.
«Что я буду делать, если меня увезут далеко-далеко? Меня увезут, а Пронюхинс останется здесь? Ох... Я буду бежать, бежать, бежать к нему. Жалко, что у меня такие короткие лапки, если они сотрутся в беге, мне придется ползти. И если я не доползу, я умру!» - и таксочка Стелька вздрогнула всем тельцем, испугавшись жизни, в которой нет Пронюхинса.
«Не выдумывай!» - строгим голосом сказал Пронюхинс и почесал стелькины лопатки. Там как раз что-то ужасно чесалось.
«Ещё!» - потребовала таксочка Стелька и... и придумала. Найти выход всегда можно, правда? Если хочешь, конечно же. Да, крылышки таксочка отрастила себе на лопатках совсем-совсем маленькие. Не больше бабочкиных. Но если у тебя большая душа и большое сердце, в котором живет любовь, размер крылышек значения не имеет...
Джинджер Мотылек,
сентиментальный корреспондент газеты «Этот нежный Имбирвилль»
* Мы как-нибудь и про другие версии расскажем, вы не думайте. Вот как пронюхаем - так и расскажем. Ждите!

Комментариев нет:

Отправить комментарий